База знаний

Методы: Исследование состояло из двух этапов и охватило жителей России в возрасте от 55 до 75 лет. Качественная фаза реализована через серию глубинных офлайн-интервью (этнографических визитов) в Москве и Кирове. На количественном этапе с помощью онлайн-анкеты (до 30 минут) были опрошены 2000 мужчин и женщин с уровнем дохода выше среднего в городах РФ с населением 100+ тысяч.

Результаты: Возраст и статус пенсионера слабо объясняют поведение. Решающими оказываются: наличие/отсутствие ответственности за других, финансовая свобода,

ощущение контроля над своей жизнью, отношение к будущему (страхи vs возможности). Выделены пять поведенческих сегментов с разными сценариями жизни, тревожностью и отношением к пенсии: «Традиционные», «Обеспеченные», «Работящие», «Свободные», «Усталые».

Пенсия больше не воспринимается как жёсткий рубеж. Возраст выхода размывается, и люди не ощущают резкого перехода от до к после. Формируется «полупенсионная экономика», где работа и пенсия сосуществуют, а один и тот же человек может мигрировать между этими ролями.

Планы на пенсию выглядят заметно более активными, разнообразными и вдохновляющими, чем реальный досуг после выхода на пенсию.

Забота о себе для аудитории 55– 75 — это прежде всего повседневная, базовая практика поддержки здоровья, привычного ритма жизни и базового комфорта. Прогулки на свежем воздухе (71%), парикмахер/уход за волосами (65%) и проверки здоровья, визиты к врачу (62%) — три главные формы заботы о себе. Физическая активность присутствует у 36%, но в основном вне спортзалов.

Практическая польза: Полученные результаты позволяют составить целостное представление об образе жизни, ценностных ориентациях и моделях принятия решений граждан 55–75 лет, что создает основу для разработки и реализации мер социальной поддержки, отвечающих реальным запросам данной возрастной группы.

Авторы: СберМаркетинг

Страна: Россия
Год исследования / статьи: 2026

Методы: Исследование основано на полуструктурированных биографических интервью с жителями Москвы. В выборку вошли 22 информанта в возрасте 39–60 лет (8 мужчин и 14 женщин), относящиеся к среднему классу. Набор информантов осуществлялся методом снежного кома, основными критериями отбора являлись возраст и факт проживания в Москве.

Результаты: Результаты показывают, что представления о старости формируются на пересечении личного опыта, культурных норм и структурных условий. Информанты конструируют образы старости через сочетание страхов перед физической уязвимостью, социальной изоляцией и экономической нестабильностью и стремления к автономности, активности и сохранению социального участия. Выявлены два основных сценария отношения к собственной старости: проактивный («успешное старение»), ориентированный на долгосрочное планирование, и пассивный, характеризующийся избеганием размышлений о будущем и сокращением горизонта планирования. Отдельное внимание уделяется роли недоверия к государственным институтам, которое смещает ответственность за качество жизни в старшем возрасте на самого индивида и усиливает тревожность.

Практическая польза: Полученные результаты демонстрируют необходимость комплексной социальной политики, поддерживающей финансовую и трудовую устойчивость людей среднего возраста, расширяющей возможности для подготовки к старости и снижающей уровень неопределенности, связанной с поздними этапами жизни.

Авторы: Бемлер Е., Мадфес О.

Страна: Россия
Год исследования / статьи: 2025

Методы: Исследование состояло из двух частей: в первой части был проведен всероссийский онлайн-опрос на выборке 870 россиян, во второй части было проведено компьютеризированное телефонное интервью(CATI) на выборке 800 постоянных жителей Москвы. Обе выборки исследования заполнили шкалу онлайн-грамотности eHEALS, выборка москвичей также ответила на ряд вопросов о степени доверия информации, полученной от искусственного интеллекта, наличии опыта использования генеративных нейросетейи т.п.

Результаты: Результаты исследования показали, что москвичи имеют более высокий уровень онлайн-грамотности в вопросах здоровья по сравнению с россиянами, тогда как россияне чаще используют интернет для принятия решений по здоровью из-за ограниченного доступа к медицинским услугам в регионах. Доверие к цифровым ассистентам, использование генеративных нейросетей и удовлетворенность медицинскими услугами выше у москвичей с высоким уровнем онлайн-грамотности.

Практическая польза: Более высокая онлайн-грамотность москвичей требует переосмысления цифровой политики: усиление доступности технологий должно сопровождаться поддержкой пользователей в регионах, чтобы избежать углубления цифрового неравенства в сфере здравоохранения.

Авторы: Максименко А.А., Богдан И.В., Золотарева А.А., Горносталев М.Д.

Страна: Россия
Год исследования / статьи: 2025

Методы: Проведен поперечный анализ двух баз данных: 277 участников исследования COGFRAIL и 725 пациентов гериатрической клиники Тулузы (средний возраст ~82,7-82,8 года; 63,2% женщины) с сохранной автономией (ADL ≥ 4) и легкими когнитивными нарушениями или без них (MMSE ≥ 20). Состав тела оценивался с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии (iDXA). Физическая функция определялась по комплексному набору простых физических тестов (SPPB), нутритивный статус — с помощью валидированного опросника для скрининга и диагностики недостаточности питания (MNA). Суточное потребление белка и калорий оценивалось и анализировалось в программе Nutrilog. Дефицит потребления рассчитывался на основе рекомендаций ESPEN (1 г белка/кг/день) и формул расчета суточного расхода энергии. Для статистического анализа использовались методы описательной статистики, двумерный и многомерный регрессионный анализ с поправкой на возраст, пол, MMSE, ADL и ИМТ.

Результаты: Участники с низкими показателями SPPB (<6/12) и MNA (<24/30) продемонстрировали наибольший дефицит суточного потребления белка (–19,4 ± 22,7 г) и калорий (–225,5 ± 430,1 ккал) по сравнению с группами с лучшими показателями (p < 0,05). У этой же категории пациентов были достоверно ниже скорость ходьбы (0,5 ± 0,2 м/с против 1,0 ± 0,1 м/с), сила сжатия кисти (15,5 ± 6,6 кг против 20,5 ± 7,6 кг), а также снижена мышечная масса конечностей (ALM) при увеличенной жировой массе (FM). Результаты были согласованы между двумя независимыми базами данных (COGFRAIL и клиника Тулузы).

Практическая польза: На основании баллов SPPB и MNA предложен простой алгоритм для стратификации риска и определения необходимых вмешательств в условиях первичной медико-санитарной помощи.

SPPB < 6 и MNA < 24: рекомендуется направление к физиотерапевту для составления плана контролируемых силовых тренировок и коррекция питания для ликвидации дефицита белка и калорий.

SPPB 7–9: индивидуальный профилактический план, возможна домашняя программа упражнений.

SPPB 10–12: рекомендована домашняя программа физической активности.

Алгоритм позволяет специалистам (медицинские сестры, физиотерапевты) выявлять пациентов, нуждающихся в нутритивной поддержке и физических упражнениях, что особенно актуально для регионов с ограниченным доступом к узким специалистам.

Авторы: Eva Peyrusqué, Gabor Abellan van Kan, Patricia Alvarez Rodriguez, Nicolas Martinez-Velilla, Gaelle Soriano, Marion Baziard, Emmanuel Gonzalez-Bautista, Sandrine Sourdet

Страна: Франция
Год исследования / статьи: 2025

Методы: Использованы данные общенационального репрезентативного опроса «Китайские семьи» (CFPS) за 2020 год, включающие 7308 взрослых в возрасте ≥45 лет. Применялись методы множественной линейной регрессии, U-тесты для проверки нелинейных связей, бутстреп-анализ для проверки посреднических эффектов, а также анализ склонности к совпадению оценок (PSM) для проверки устойчивости результатов. Физическое здоровье оценивалось по шкале повседневной активности (ADL), психическое — по шкале депрессии (CES-D). Использование интернета измерялось как бинарно (пользователь/непользователь), так и по продолжительности (часы/день). Физическая активность оценивалась по трём параметрам: частота, продолжительность и интенсивность.

Результаты: Обнаружена перевернутая U-образная зависимость между продолжительностью использования интернета пожилыми людьми и здоровьем. Умеренное использование (до 4,8 часов/день) ассоциировалось с улучшением как физического, так и психического здоровья. Чрезмерное использование (свыше 4,8 часов/день) вело к негативным последствиям. Физическая активность частично опосредует эту связь, демонстрируя схожую нелинейную динамику: умеренное использование интернета способствует физической активности, а чрезмерное — подавляет её. Выявлен парадокс компенсации-уязвимости: пожилые люди (≥60 лет) и лица с низким уровнем образования получают наибольшую пользу от умеренного использования интернета, но одновременно имеют более низкий порог негативного воздействия и повышенный риск чрезмерного использования.

Практическая польза: Результаты обосновывают необходимость разработки сбалансированной политики цифрового здравоохранения для пожилых людей, которая:

• продвигает целевое обучение цифровой грамотности, чтобы помочь уязвимым группам пожилых людей (малообразованным, социально изолированным) извлекать необходимую полезную и достоверную инфомацию из интернета.
• внедряет системы мониторинга и оповещения о чрезмерном времени использования цифровых устройств (например, в приложениях).
• интегрирует рекомендации по физической активности в цифровые платформы для пожилых пользователей.
• учитывает возрастные и образовательные различия при разработке интерфейсов и сервисов.

Авторы: Yirong Li, Jianguang Cai, Haiyong Yu

Страна: Китай
Год исследования / статьи: 2025

Методы: Проведен анализ данных репрезентативного национального обследования здоровья и питания (NHANES, США) за 2011–2014 годы с последующим наблюдением за смертностью до 2018 года. Включены 7518 взрослых (≥20 лет) с валидными данными акселерометрии. Объем физической активности (ФА) оценивался по среднему ускорению (AvAcc, мг), а интенсивность — по градиенту интенсивности (IG), который отражает распределение активности по интенсивности в течение 24 часов. Для анализа связи с общей смертностью (n=718 случаев) и смертностью от сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ, n=216 случаев) использовались взвешенные модели регрессии Кокса, скорректированные на возраст, пол, ИМТ, социодемографические и медицинские факторы. Также анализировалась роль фрагментации активности (накопление интенсивной активности непрерывными сериями vs. спорадически).

Результаты: Обнаружены нелинейные обратные связи показателей ФА с риском смертности. Интенсивность (IG) оказалась более важным фактором, чем объем (AvAcc), для снижения риска как общей смертности, так и смертности от ССЗ. Для смертности от всех причин снижение риска с 25-го по 50-й процентиль составило -37,1% (95% ДИ: -43,4% до -30,0%) для IG и -14,4% (95% ДИ: -20,1% до -8,3%) для AvAcc. Для смертности от ССЗ значимое снижение риска наблюдалось только для IG: -41,0% (95% ДИ: -52,4% до -26,7%) с 25-го по 50-й процентиль. Связи выходили на плато при достижении определенных уровней: IG ≈ -2.7...-2.5 и AvAcc ≈ 35–45 мг, сверх которых дополнительного снижения риска не наблюдалось. Непрерывное накопление интенсивной активности (даже в коротких 5-минутных сериях) было связано с бóльшим снижением риска смертности по сравнению с тем же объемом, накопленным короткими спорадическими всплесками в течение дня.

Практическая польза: Приоритет интенсивности: для увеличения продолжительности жизни важно не просто увеличивать общий объем активности, а включать в повседневную жизнь деятельность более высокой интенсивности (например, быстрая ходьба, подъем по лестнице). Целевые ориентиры: для значимого снижения риска смертности стоит стремиться к уровню интенсивности, соответствующему IG выше -2.7 и объему AvAcc выше 35 мг. Непрерывность усилий: по возможности, накапливать интенсивную активность непрерывными сериями от 5 минут и более, а не короткими прерывистыми всплесками. Индивидуальный подход: построенные в исследовании возрастные и половые центильные кривые позволяют сравнивать индивидуальные показатели активности с популяционными нормами и оценивать персональные риски.

Авторы: Fabian Schwendinger, Denis Infanger, Eric Lichtenstein, Timo Hinrichs, Raphael Knaier, Alex V Rowlands, Arno Schmidt-Trucksäss

Страна: США
Год исследования / статьи: 2025

Методы: В анализ включен 1201 участник популяционного многоцентрового исследования RUSS-AGE (медианный возраст — 49 лет; Q1 = 33 — Q3 = 66; 74 % — женщины). Физическая активность оценивалась по самоотчету участника и классифицировалась как низкая (<150 мин/нед. аэробной активности средней интенсивности) и высокая (≥150 мин/нед.). Психоэмоциональное состояние оценивалось с использованием шкал HADS (тревожность и депрессия) и ISI (бессонница), субъективных вопросов о концентрации, утомляемости и внутреннем напряжении. Когнитивные функции определялись по шкале MoCA. Биологический возраст рассчитывался по модели PhenoAge. Для анализа использовались непараметрический критерий Манна — Уитни (для шкальных данных), χ² и точный тест Фишера (для категориальных переменных), уровень значимости — p < 0,05.

Результаты: Уровень физической активности ≥150 мин/нед. отмечался у 51,3 % участников. В этой группе наблюдался достоверно более низкий фенотипический возраст (медиана 51 год, Q1 = 33–69) по сравнению с менее активной группой (медиана 54 года, Q1 = 36,00–70,25), p < 0,001 (критерий Манна — Уитни). Клинически выраженная тревожность (≥11 баллов по шкале HADS) выявлялась у 4,2 % активных против 12,3 % неактивных участников (p < 0,001, χ²). Умеренная и тяжелая бессонница (≥15 баллов по шкале ISI) — у 20,1 % против 33,3 % (p = 0,006, точный критерий Фишера). Нарушения сна, мешающие функционированию,— у 6,1 % против 10,0 % соответственно (p < 0,001). Также активные участники реже сообщали о трудностях концентрации (55,5 % против 66,2 %, p = 0,012, χ²), хронической утомляемости (8,0 % против 12,5 %, p < 0,001, χ²), и внутреннем напряжении (15 % против 25 %, p < 0,001, χ²).

Практическая польза: Физически активные участники демонстрировали достоверно более благоприятный эмоциональный и когнитивный профиль, реже испытывали бессонницу, тревожность и утомляемость, а также имели более молодой биологический возраст. Полученные данные подтверждают роль регулярной физической активности как универсального немедикаментозного инструмента в профилактике психоэмоционального старения. Полученные данные обосновывают введение физической активности в программы работы с пожилыми людьми.

Авторы: Ильющенко А.К., Мараховская Е.А., Балаева М.М., Александровский Д.Д., Горяйнов А.И., Мачехина Л.В.

Страна: Россия
Год исследования / статьи: 2025

Методы: Исследование реализовано в стратегии смешивания методов и базируется на двух типах данных — качественных и количественных. На первом этапе проведено 39 полуформализованных интервью с жителями трех российских городов-миллионников (Новосибирск, Нижний Новгород, Пермь).  Полевой этап исследования  —  сентябрь-октябрь 2023 г. Основой для критериального отбора были признаки пола  (мужчины  и  женщины),  возраста  —  возрастные  группы  «молодежь»  (18–30  лет),  «средний  возраст»  (31–49  лет)  и  «старший  возраст»  (50  лет  и  старше),  места  проживания  (постоянное  проживание  на  территории  города  не  менее  трех  лет),  направление  профессиональной  деятельности  (отсутствие  опыта  работы  в  сфере  здравоохранения  или  фармацевтики) и образование (отсутствие высшего или среднего специального медицинского образования). В выборку включены информанты с различным семейным положением, уровнем дохода и образования.

На втором этапе реализован мониторинг социальных сетей - Конкретным методом был выбран количественный контент-анализ, осуществленный посредством вычислительных алгоритмов с использованием аналитических инструментов сервиса IQBuzz. Материалами исследования выступили размещенные в открытом доступе уникальные русскоязычные информационные сообщения, в том числе единичные посты или записи и комментарии к ним интернет-пользователей, оставленные в социальных сетях «ВКонтакте» и «Одноклассники» за период с 1 января 2018 г. по 31 августа 2023 г. включительно (n=144 906 сообщений).

Результаты: По итогам анализа интервью выделены группы практик, используемых россиянами в ответ на различные стрессогенные факторы: 

1) социальные; 

2) психологические (обращение за профессиональной помощью, психологическая самопомощь); 

3) духовные/медитативные; 

4) физические (спорт, прогулки); 

5) рекреационные; 

6) прием лекарственных/народных средств;

7) работа; 

8) деструктивные практики (алкоголь, курение и др.). 

С помощью контент-анализа осуществлена оценка распространенности и динамики выделенных групп практик. Забота о ментальном здоровье заключается преимущественно в различных формах двигательной активности, а также в «деструктивных» практиках (потреблении алкоголя, заедании стресса). В «постпандемийный» период практики заботы индивидуализируются и медикализируются, но не профессионализируются, а дискурс о них становится более рефлексивным. 

Практическая польза: Результаты исследования указывают на то, что профилактика психических нарушений не входит в ядро самосохранительных стратегий россиян, что актуализирует вопрос о необходимости совершенствования системы информирования населения о факторах риска здоровью и привлечении эффективных инструментов мотивации заботы о нем.

Авторы: Лебедева-Несевря Н.А., Леухина А.В., Сирковская Т.В.

Страна: Россия
Год исследования / статьи: 2025

Методы: Эмпирической базой исследования стал проект «Социальное участие людей старшего возраста в российских регионах в постпандемический период», поддержанный Российским научным фондом. Метод сбора информации — анкетирование пожилых людей в возрасте от 60 до 98 лет, проводимое в мае — сентябре 2023 г. на территории разных муниципальных образований Свердловской области. Тип выборки — квотная, структурированная в соответствии с генеральной совокупностью по полу и типу поселения. Объем выборки — 690 наблюдений.

Результаты: Данные исследования показывают, что самооценка здоровья связана с установками на просоциальное поведение. Чем сильнее ориентация уральцев «серебряного» возраста на реализацию практик помогающего поведения, помощь другим людям, тем позитивнее их оценка своего состояния здоровья. Показано, что социальная эксклюзия является значимым фактором, обусловливающим не только субъективное здоровье, но и качество жизни пожилых людей в целом.

Практическая польза: Выявленная взаимосвязь самооценки состояния здоровья и разных видов социальной активности пожилых людей поможет врачам-терапевтам осуществлять более эффективно профилактику возрастных социально-психологических изменений у своих пациентов благодаря комплексным рекомендациям, учитывающим необходимость их включения в различные практики социального взаимодействия для поддержания своего физического и психического здоровья.

Авторы: Певная М.В., Шуклина Е.А., Киенко Т.С.

Страна: Россия
Год исследования / статьи: 2025

Методы: Проведен медиаанализ больших данных из русскоязычных онлайн-СМИ за период 2019–2024 гг. с использованием ресурса «Медиалогия». Дополнительно проведено 10 глубинных интервью с экспертами в области демографии, социологии, геронтологии, экономики и политологии, отобранных по критерию стажа работы и наличия научных публикаций по проблематике продолжительности жизни сельского населения.

Результаты: Анализ выявил значительный географический дисбаланс и содержательный разрыв в освещении темы долголетия. Выявлено, что тема долголетия именно сельских жителей практически отсутствует в медиаполе. В топ-300 самых заметных публикаций она упоминается лишь однажды, с констатацией более низкой (на 2 года) ожидаемой продолжительности жизни на селе.

Наибольшее количество «лайков» и репостов (245 473) зафиксировано в ЦФО, что свидетельствует о высокой активности и интересе аудитории. Наименьшее (1072) — в СКФО. Эксперты отмечают, что успешные столичные кейсы (например, «Московское долголетие») не находят существенного отклика у аудитории из других регионов, особенно сельской.

Практическая польза: Результаты исследования демонстрируют необходимость целенаправленной информационной и социальной политики для сокращения неравенства:

- Стимулирование регионального контента: необходимо поощрять создание и распространение в СМИ контента о успешных практиках и программах по активному долголетию, реализуемых именно в сельской местности и в регионах России.

- Разработка адресных программ: полученные данные обосновывают необходимость разработки и внедрения специальных программ, аналогичных «Московскому долголетию», но адаптированных для сельских территорий с учетом их специфики (ограниченный доступ к инфраструктуре, транспортная удаленность).

- Повышение медиавидимости проблем: необходимо активно вовлекать экспертов и журналистов в освещение реальных проблем и потребностей сельских пожилых людей для формирования объективной общественной повестки, и привлечения внимания властей.

- Мониторинг общественного мнения: медиаанализ big data следует использовать как инструмент для постоянного мониторинга общественного запроса и оценки эффективности коммуникационной стратегии по вопросам долголетия в разных типах населенных пунктов.

Авторы: Волкова О.А., Ананченкова П.И., Певцова Е.А., Кудрявцев М.Г., Тихонов А.И

Страна: Россия
Год исследования / статьи: 2025